И все-таки, спускаясь по винтовой лестнице, уходящей вглубь скалы, спрашиваешь себя: «А за что, собственно?» Либо: «А отчего непосредственно им?» Что определяет победу – работа ли энолога, гравитационная ли винодельня, ручной сбор и ручное же гребнеотделение (что делают дословно некоторое количество виноделен в Чили), биодинамика на виноградниках либо ферментация в не очень больших французских барриках при контролируемой температуре? А быть может, победу определяет «летучий» консультант Мишель Ролан? Во всяком случае, заслуга Clos Apalta, во-первых в том, что на виноделие Чили и уже наблюдают иначе. И не столько Чили, так как на первом месте присутствует вино из Латинской Америки, чего еще не бывало никогда за 10-летнюю ситуацию рейтинга. И у Аргентины и уже также есть реально достижимая цель.
Иностранный легион
В Чили все довольно ново. Свежие баррики, свежие блестящие танки из нержавеющей стали, свежие винодельни. А еще тут средний возраст самих виноделов навряд ли выше 35 лет (кстати, в отличие от Аргентины, почти все из них – представительницы слабого пола) Они с привеликим удовольствием сообщат, какое колличество процентов какой крови течет в их жилах. Абсолютно по всей видимости, что чилийское вино на первом месте почитаемого журнала заинтересует в Чили еще более жителей других стран. Да что там заявлять – практически весь цвет чилийского виноделия – общие фирмы (но регулярно чилийцы выкупают долю собственных иностранных партнеров) Одним из первых жителей других стран тут стал легендарный Мигель Торрес, коий в 1979 году купил не очень большой участок территории в Курико (Кольчагуа) Он же стал локомотивом чилийского прогресса в виноделии, со временем внедряя чаны из нержавеющей стали, свежие баррики из французского и американского дуба. Ротшильды пришли сюда в 1988-м, приобретя Vina Los Vascos. Очередным планом, на этот раз лично баронессы Ротшильд, стало совместное предприятие с Concha y Toro – Vina Almaviva, родившаяся в 1997-м году. Очередное французское хозяйство – Chateau Larose Trintaudon образовало винодельню в сочетании с семьей Гранелла, получив в результате Las Casas del Toqui. Casa Lapostolle изначально появилась как сотрудничество французской семьи Марнье-Лапостоль и чилийской семьи Раба. В 1992-м знаменитый французский винодел Вильям Февр из Шабли заручился поддержкой чилийского винодела Виктора Пино в совместном плане в долине Майпо, а Бруно Пратц (Cos d’Estournel) и Поль Понталье (Chateau Margaux) сообща с чилийцем Фельпе де Сольминьяк сделали план Vi?a Aquitania. Очередные французы – семья Манесес из Эльзаса – приобрели в Чили хозяйство Vi?a Santa Amalia. Как следует известен союз Роберта Мондави и хозяйства Vina Errazuriz, в следствии которого появились Vina Sena и Caliterra. Не надо считать, что только французы да испанцы «зарятся» на Чили. Вот, норвежским бизнесменам также не чужда страсть к чилийским терруарам: к примеру, семья Одфьель, испокон веков занимавшаяся морскими перевозками, купила территорию в долине Майпо, и изготавливает ряд отличных вин в в высшей степени ограниченном размере. Все они пришли в Чили за свежими идеями, горизонтами и экспериментами.